Санкт-Петербург, наб. реки Мойки, д. 58
Набережная Мойки застроена сплошным фасадом – по принципу, характерному для Петербурга конца 18 начала 19 веков. Своим фасадом здание выходит на набережную реки Мойки. Из его окон открывается великолепный вид на набережную, золотые Купола Исаакиевского собора и замечательные украшения Мойки – Красный и Синий мосты, представляющие собой образцы мостостроения начала 19 века.
Река Мойка берет свое начало из Фонтанки у Летнего сада и впадает в Неву недалеко от ее устья. До основания города река называлась Мья (от финского - «мую-грязная»), потому что вытекала из болота, расположенного близ нынешнего Марсова поля. Первый указ о благоустройстве набережной Мойки издан в 1705 году, застройка ее берегов началась с 1706 года, когда близ Невской дороги стали воздвигать дома для офицеров морского флота.
В 1711 году, для осушения земель, Мойка была соединена с Фонтанкой. Остров, образовавшийся между Фонтанкой, Мойкой, Лебяжьей канавкой и Невой официально именуют островом Летний сад. Длина речки 4,67 км, ширина 40 м, наибольшая глубина 3,2 м. В середине 18 века речку вычистили, обшили берега тесом, а затем одели камнем. В 1798-1810 годах построили гранитные набережные, которые украсили литой чугунной оградой с геометрическими элементами.
Гороховая улица ведет свою историю еще с двадцатых годов XVIII века. В то время в строящейся столице проложили две новые дороги – Большая (ныне Невский проспект) и Вознесенская (Вознесенский проспект) «першпективы». Между ними возникла еще одна дорога, которую сначала называли Средней «першпективой». Несколько раз она меняла название, и к середине XVIII века начала именоваться Адмиралтейской. Именно эта дорога и стала прообразом Гороховой улицы.
История названия Гороховой улицы связана с 1756 годом, когда на этой улице появляется торговая лавка купца Горохова. Будучи молодым, он приехал из Германии в Петербург на службу к Петру I. Тогда он носил фамилию – Гаррах, в России же его фамилию изменили на русский манер – Горох. Когда купец открыл свою лавку на Адмиралтейской улице, он уже приобрел и официальную «русскую» фамилию – Горохов. Вскоре торговая лавка начала пользоваться большой популярностью, и в народе улицу стали именовать по фамилии владельца этого заведения. С конца XVIII века на многих картах Петербурга наряду с официальным названием улицы, упоминается и новое неофициальное.
Уже в XIX веке Гороховая улица стала одной из самых престижных в Петербурге. Здесь располагались большие доходные дома, крупные магазины и дома богатых и именитых петербуржцев.
Старинный шестиэтажный дом, завершенный седьмым – мансардным этажом с длинной балюстрадой, находится почти на пересечении наб. реки Мойки и Гороховой улицы.
Фасады здания оформлены в характере ретроспективизма.
Ретроспективизм (в узком смысле неоклассицизм) — традиционалистское направление в архитектуре первой половины XX века, основанное на освоении архитектурного наследия прошлых эпох, от ренессанса и древнерусского зодчества до классицизма первой трети XIX века (ампира).
Наиболее зримое применение неоклассики 1910-х годов — доходные дома Петербурга.
Два нижних этажа здания оформлены серым гранитом, остальные этажи – терразитовой штукатуркой.
Венчает здание лучковый аттик в центре и два лучковых аттика меньших размеров по оси над эркерами.
Решение лицевого фасада здания подчинено симметричной композиции.
Центральная часть фасада оформлена двумя полукруглыми эркерами. Между ними, в уровне двух нижних этажей расположены три арочных проезда; в уровне 3-5 этажей, между эркерами на гладких поверхностях стен, между окнами – ритмично через два окна – пилястры с капителями коринфского ордера.
Над карнизом, между эркерами, на уровне 6 этажа размещены 6 скульптурных фигур Путти, держащих в руках гроздья винограда и букеты цветов, и поддерживающих балюстраду (Путти от латинского слова «putto»— «маленький мальчик, крошка» — изображение маленьких обнаженных мальчиков в ренессансе и классическом искусстве, восходящее к античным эротам или купидонам). В простенках между окнами всего мансардного этажа – вазы с акротериями.
фигуры Путти
На втором этаже, под эркерами – два овальных окна – «бычий глаз» в обрамлении каменной (гранитной) резной композиции растительного характера.
Арочные и дверные проемы, а также окна 4 этажа оформлены замковыми камнями
Здание, в современном его виде, было построено архитектором Мельцером Романом Федоровичем, по заказу купца Альмира Жуэна, как доходный дом в стиле неоклассицизма в 1913-1914 годах.
Мельцер Роман Федорович (Роберт Фридрих) (1860-1943) – Архитектор императорского Двора, художник. Родом из обрусевшей немецкой семьи. Окончил Академию художеств в середине 1880-х годов. Проектировал кованые парадные ворота и ограждения пандусов Зимнего дворца, затем ограду для Дворцового сада. Среди других заслуг архитектора - здание Ортопедического института в Александровском парке, комплекс зданий Психоневрологического института, особняки Кочубея, Брандта, Нобеля, дворец великого князя Михаила Александровича. Мельцер считался большим специалистом по декоративному оформлению интерьеров в стиле модерн. Последняя крупная работа в Петербурге – проект архитектурного оформления Дворцового моста (1915-1916). В 1918 году архитектор эмигрировал.
Среди первых владельцев построек на участке, где в настоящее время располагается дом 58 по набережной реки Мойки был представитель известного рода Мусиных-Пушкиных, Граф Платон Иванович Мусин-Пушкин.
Современному человеку этот род известен по его представителю Графу Алексею Ивановичу (1744—1817) —археологу, члену Российской академии обер-прокурора священного синода, президента Академии художеств и сенатора, нашедшего и опубликовавшего "Слово о полку Игореве".
Граф Алексей Иванович Мусин-Пушкин
Портрет датирован 1790 годом.
Род этот происходит, по сказаниям древних родословцев, от семиградского выходца знатного прусского рода в XII веке Радши (в разных летописях имя упоминается как Ратша, Рачша, Рачьтша, Рача). Его потомок в десятом колене Михаил Тимофеевич Пушкин, по прозванию Муса, был (в XV веке) родоначальником Мусиных-Пушкиных.
Семейство Мусиных-Пушкиных накануне войны.
Фотография Карла Буллы (1913 год)
Граф Платон Иванович Мусин-Пушкин, проживавший в здании на участке дома 58, — обучался за границей. В 1716—1719 годах состоял в Голландии при после, князе Б. И. Куракине; в 1719 году ездил в Копенгаген для склонения датского короля к союзу против Швеции; в 1720 году — в Париж, тоже с дипломатическим поручением. Позже, был губернатором в Смоленске, Казани и Эстляндии. С 1736 года президентом коммерц-коллегии; с 1739 года сенатором, начальником канцелярии конфискации и заведующим коллегией экономии. Своим возвышением П. И. Мусин-Пушкин был обязан А. П. Волынскому, с которым был дружен, и из-за него же погиб. Обвинённый, в участии в деле Волынского, он в 1740 году, был лишён чинов и графского достоинства и, после вырезания языка, сослан в Соловецкий монастырь.
После конфискации дом был пожалован генерал-прокурору Сената Князю Никите Юрьевичу Трубецкому (1699-1776гг.). Трубецкой был видным государственным деятелем и просвещенным вельможей. Он дружил с поэтами А.Д. Кантемиром и М.М. Херасковым, часто посещавшим его дом, в близи Красного моста. В 1754 году в доме была освещена церковь, которая действовала до весны 1762 года, когда, по указу Петра 3 ее упразднили после того как Трубецкой покинул Петербург, продал здание и переехал в Москву.
Князь Никита Юрьевич Трубецкой
С 1778 года в здании стал располагаться Английский клуб.
Английский клуб - Английское собрание, одно из первых клубных учреждений в России. Основанное 12 марта 1770 года., с соизволения Императрицы Екатерины II, английскими предпринимателями Ф. Гарднером и К. Гардинером по образцу английских клубов, как "собрание приятных собеседников". В члены Английского клуба принимались люди разных сословий и национальностей (женщины не допускались).
С 1810-1830 гг. общество находилось в доме купца Таля, бывшего в то время владельцем участка, на котором ныне находится дом 58.
В конце 1790-х гг., по повелению Императора Павла I, клуб был закрыт, но в начале 1800-х гг. вновь открыт, с соизволения Императора Александра I. В 1-й трети 19 в. его членами были декабристы М. С. Лунин, Н. М. Муравьев и др., деятели культуры В. А. Жуковский, И. А. Крылов, А. С. Пушкин В. П. Стасов, Н. И. Гнедич и др.
В клуб приходили почитать газеты, обсудить политические новости, поиграть в бильярд, карты, выпить бокал вина. По средам и субботам устраивались обеды. Членство в Английском собрании свидетельствовало об аристократизме духа и положении в свете, и желающих попасть в него было много, вот почему число членов клуба в 1817 году ограничили до трехсот. Старшинами в период, когда собрание квартировало в доме Таля, были не последние люди столицы: князь Кутузов, граф Аракчеев, граф Паскевич. В 1822 году в клуб вступили писатели Жуковский и Шаховской, в 1823-м – Греч, а вот Фаддея Булгарина, издателя продажной газеты «Северная пчела», в 1827 году забаллотировали. Пушкин был принят в «клоб» в 1832-м и состоял в нем до конца жизни, правда относясь к избранности заведения иронически.
В середине 19 в. Английский клуб считался самым элитным клубом города и крупным неофициальным игорным домом. В числе постоянных игроков - Министр финансов А. А. Абаза, Генерал И. О. Сухозанет, путешественник Е. П. Ковалевский, поэт Н. А. Некрасов и многие другие. С 1860-х гг. Английский клуб постепенно превращался в сугубо аристократическое клубное учреждение. В 1916г. прекратил существование.
Долгое время огромный участок на углу Мойки и Гороховой оставался единым земельным владением, переходя от одного покупателя к другому.
В начале 19 века большим участком на углу Мойки и Гороховой владел откупщик Кусовников.
Следующий его владелец, купец Христофор Таль, построил здесь новые здания. В глубине двора стоял длинный одноэтажный дом в четырнадцать окон по фасаду.
Дом Таля 1860 г. (художник Садовников В.С.)
Летом 1831г. в газетах появилось сообщение о сдаче в доме Таля помещений с «удобными флигелями, дворами и вновь красиво разведенным садом».
В дом Таля въехало Третье отделение Собственной его Величества канцелярии, и располагалось в здании с 1830 по 1838г. В 1838 году – Третье отделение переехало с наб.р. Мойки на наб. р. Фонтанки, 16.
Высшее государственное учреждение, осуществлявшее политический надзор и сыск в стране, Третье отделение было создано Николаем I 03 июля 1826 года, для наблюдения за политическими настроениями различных слоев общества (прежде всего, петербургского чиновничества и дворянства), вскоре после разгрома восстания декабристов. Третье отделение выполняло роль всевидящего и вездесущего «царского ока». Петербург буквально закишел шпионами, проникавшими всюду. Семейная жизнь, торговые сделки, личные споры, проекты изобретений, побеги из монастыря — все входило в сферу наблюдений Третьего отделения.
Начальник отделения – граф А.Х.Бенкендорф приезжал сюда обычно рано утром с Малой Морской, где имел собственный дом. Лицо шефа жандармов, по воспоминаниям современников, всегда «измятое и усталое» «имело обманчиво доброе выражение».
Бенкендорф Александр Христофорович (1783—1844). Потомственный военный, начавший службу с пятнадцати лет, Александр Христофорович участвовал во всех войнах с Наполеоном — от кровопролитного сражения при Прейсиш-Эйлау (1806) до "битвы народов" под Лейпцигом (1813). Бенкендорф был награжден за храбрость и умелое руководство вверенными ему частями не только русскими, но и иностранными боевыми орденами. Бенкендорф разделял скептическое отношение императора Николая к общественным и некоторым бюрократическим структурам. Бенкендорф был очень близок императору и давал ему возможность постоянно вмешиваться в дела тайной полиции. Наконец, именно Бенкендорф работал над проектом создания секретной службы России. Именно ему сам Бог велел возглавить это ведомство.
Бенкендорф Александр Христофорович (1783—1844)
Проект создания тайной полиции был вручен Бенкендорфом Николаю I в январе 1826 года. В нем рекомендовалось при создании особого ведомства поставить во главу угла два важных момента, не соблюдаемых в прежних тайных службах: во-первых, установить систему строгой централизации и, во-вторых, создать такую ее организацию, которая внушала бы не только страх, но и уважение.
В эту «центральную шпионскую контору», как впоследствии многие будут называть это учреждение, находившееся под особым попечительством царя, должен был периодически являться А.С. Пушкин.
Для гениального поэта Пушкина сделано небывалое в летописях литературы исключение: император Николай Павлович возложил на себя обязанность — быть цензором его произведений. Генерал-адъютант Бенкендорф писал Пушкину 30 сентября 1826 года: «Сочинений ваших никто рассматривать не будет; на них нет никакой цензуры. Государь Император сам будет первым ценителем произведений ваших и цензором».
Рассматривая сочинения Пушкина, представляемые в рукописи, государь отмечал места, требовавшие объяснения, и давал автору советы, равносильные приказанию.
Однако, кроме царской цензуры, Пушкин должен был представлять все свои сочинения в цензуру, обычным порядком. Во исполнение Высочайше утвержденного положения правительствующего сената, С.-Петербургский военный генерал-губернатор предписал обер-полицейместеру, 16 августа 1828 года: «известного стихотворца Александра Пушкина обязать подпискою, дабы он впредь никаких сочинений, без пропуска и одобрения оных цензурою, не осмеливался выпускать в публику, под опасением строгого по законам взыскания».
Посредником между Пушкиным и императором был Бенкендорф, шеф жандармов и начальник третьего отделения собственной Его Величества канцелярии.
Все сочинения Пушкина, представляемые Государю, рассматривались предварительно Бенкендорфом. Не желая беспокоить Государя, Пушкин посылал свои рукописи на усмотрение Бенкендорфа: «Честь имею препроводить на рассмотрение вашего превосходительства новые мои стихотворения... Мне было совестно беспокоить ничтожными литературными занятиями моими человека государственного среди огромных его заботь... Совестясь беспокоить поминутно Его Величество, я раза два обратился к вашему покровительству, когда цензура недоумевала, и имел счастье найти в вас боле снисходительности, нежели в ней».
Представляя Государю рукописи Пушкина, Бенкендорф прилагал к ним краткий очерк содержания и даже критический отзыв.
Указом от 06 августа 1880г., Третье отделение упразднено, функции переданы Департаменту полиции Министерства внутренних дел.
В 1885 году 25 августа, в глубине двора открылся ресторан «Контан». Назван он был, как и все рестораны высшего класса – «Кюба», «Борель», «Дюссо», – по фамилии владельца. Славился отменной кухней и виртуозным румынским оркестром. Устроить светский раут в «Контане» считалось хорошим тоном и показательным шиком. В 1888 году здесь праздновали юбилей Айвазовского, а 1899-м – столетие Пушкина, в 1908-м – открытие памятника Александру III на Знаменской площади. В разгар военных действий Первой мировой войны, 6 мая 1916 года, в честь двадцатипятилетия Франко-русского альянса, в котором Франция и Россия обязались дружить против Германии, союзники дали в «Контане» прием, на котором присутствовали высшие сановники государства и дипломатический корпус. Российский гимн «Боже, царя храни» на рояле в четыре руки сыграли композитор Александр Глазунов, тогда ректор Петербургской консерватории, и Александр Зилоти – пианист, дирижер, основатель «Концертов Зилоти». А вот французский гимн – запрещенную в монархической России кровожадную «Марсельезу» – пригласили спеть Федора Шаляпина, звезду не только петербургской сцены, но и – после «Русских сезонов» Дягилева – парижской. Как вспоминает Сергей Маковский: «Шаляпин спел “Марсельезу” с таким драматическим воодушевлением, с каким вряд ли кто-нибудь пел ее до него. Уж если петь песню Великой французской революции, то так, чтобы дрогнули сердца и все услышали набат рока. Пророческий клик Шаляпина все покрыл, увлек за собой и развеял, обратил в ничтожество призрак преходящей действительности». По требованию публики «Марсельезу» пришлось бисировать.
Крайний слева один из владельцев заведения...
Француз Альмир Жуэн (на фото- первый справа)
Дамы в отдельном кабинете ресторана «Контан»
В 1913-14гг., когда на этом участке был построен доходный дом Альмира Жуэна (здание в современном его виде), в нем разместился "новый" "Контан".
'Кюба!' 'Контан!' 'Медведь!' 'Донон!'
Чьи имена в шампанской пене
Взлетели в Невский небосклон
В своем сверкающем сплетеньи!..
Ужель им больше не звенеть?!..
Ужель не вспенят, как бывало,
'Кюба', 'Контан', 'Донон', 'Медведь'
Свои разбитые бокалы ?!..
Пусть филистерская толпа
Пожмет плечами возмущенно -
Нет Петербурга без 'Кюба!'
Нет Петербурга без 'Донона'...
Поэт Серебряного века Николай Агнивцев
В помещении ресторана в разное время собирало своих членов «Северное благотворительное общество» (после раскола «Скандинавского благотворительного общества» в 1907 г.), и «Бельгийское благотворительное общество» в 1914 году.
«Скандинавское благотворительное общество» основано в 1877г. под председательством Л.Нобеля. Членом общества мог стать любой скандинав или лицо, говорящее на одном из скандинавских языков. Вступительный взнос составлял 3 руб., ежегодный членский взнос – 10 руб. для мужчин и 2 руб. (позже – 5 руб.) – для дам. Основными направлениями деятельности общества были (выписка из Устава): а) снабжает жизненными припасами, одеждою, квартирою; а также деньгами неспособных содержать себя личным трудом; б) предоставляет бедным (способным к труду) занятия, места службы и рабочие материалы, а равно заботиться о выгодной продаже их произведений; в) заботиться о воспитании детей, не имеющих родителей, а также бедных в случае болезни и голода, устраивает заведения для упомянутых детей. Общество активно занималось прописанной в уставе благотворительной деятельностью, кроме того, проводило развлекательные клубные и «семейные» вечера (с этой целью был создан специальный «Увеселительный совет»). В 1906г. в обществе состояло 160 действительных членов (шведов – 61, финнов – 50, остальные – датчане и норвежцы).
В 1907 в обществе произошел раскол – из него выделилось «Северное общество» – финский клуб, собиравшийся на втором этаже ресторана «Контан».
Банкет Членов «Северного» (Скандинавского благотворительного общества), 1910-12гг.
Вскоре образовался и обособленный шведский клуб – Шведское общество в С.-Петербурге. Между тем, деятельность Скандинавского общества продолжалась. В 1910-е оно располагалось на наб.реки Мойки, 83; затем на Бассейной ул. (ныне ул. Некрасова), 21. Его председателем, как и главой Шведского общества, был Э.Л.Нобель.
Бизнес-Центр «Мариинский» находится в здании с 1998 года.
В 2001 году здание на наб.реки Мойки, д.58 лит внесено КГИОП в "Перечень вновь выявленных объектов, представляющих историческую, научную, художественную или иную культурную ценность».
Наб.реки Мойки – Синий мост
Наб.реки Мойки – Красный мост